LOVE STORY

Листок девятый


revnost 2   Остановились мы с вами на том, что любимый попросил меня переехать к нему жить. Ответила: «Давай попробуем». Я опасалась, что нас быт заест. Придется каким-то образом решать, кто будет стирать, готовить, мыть посуду... Денежный вопрос тоже, конечно, встанет. И я предупредила, что готовить не умею и не научусь, по-видимому. Что убираться могу, но меня это угнетает, поэтому - по мере необходимости, если будет очень надо...

   Мы «съехались». Это означало, что ночевать стали вместе не через два на третий, а каждый день. Но жить я продолжала в своей квартире – той, что снимала. И продолжала за нее платить. Во-первых, у меня там была вся мебель (снимала только стены, мебель свою покупала), во-вторых − тонна одежды, и в-третьих − там был мой тыл. К тому же квартирка была рядом с работой, я привыкла ходить пешком, а от него до моего офиса было больше часа езды (на метро, с пересадкой, еще троллейбус...)

   Ко мне переехать мы тоже не могли. Все-таки, это тяжело для мужчины − жить не в своем доме, а я как-то изначально приняла тот факт, что он мужчина и он – глава семьи. И то, что я его люблю и ни в коем случае не хочу покушаться на его самоуважение.

   И вот, мы вместе. Тут я впервые столкнулась с такой штукой, как ревность, причем, совершенно идиотская, безосновательная ревность к прошлому.

   Дело вот в чем.

   С ним жила его дочь от второго брака, а теперь мы жили втроем – он, его дочь и я. Естественно, какие-то разговоры были о ее матери, о том, что она хороший человек. Слава труду, он не занимался обсуждением своих прошлых жен и пассий. И я придерживалась того же в отношении своих бывших. Что было, то было, обсуждать и рассказывать это друг другу незачем. Не то, о чем можно поболтать на досуге. Прошлые отношения, конечно, могут быть темой рассказа, но лишь в контексте приобретенного опыта, обиды, рефлекса на какое-нибудь аналогичное действие, поступок...

   Тема матери его дочери все же пару раз всплывала, воспоминания были очень теплыми, и меня вдруг начала заедать мысль о ней. Пару раз я даже спрашивала его, мол, что − жалеет, что все позади? Он как всегда флегматично отвечал: «Что было, то было», а меня это раззадоривало еще сильнее. Я думала: «Ну, нет бы сказал, что я лучше всех, что она плохая и ни в какое сравнение не идет, так ведь фигу – «что было, то было»... Тоже мне ответ!»

   Но я была уже тертый боец и знала, что распускать негативные мысли и эмоции не следует. Заставила себя самой себе tertyjсказать вслух: «Света, что мы имеем в данный момент? Он – с тобой. Не с ней. Значит, нечего пытаться вернуться к прошлому, бередить раны. Живем здесь и сейчас». Сработало.

   Как-то его спросила: «Ты меня не ревнуешь?» «А смысл? Если что-то случится, оно случится, помешать не смогу. Но пока не случилось, зачем отравлять ревностью себе жизнь?» Вот такой диалог.

   Давно-давно мой отец сказал, что если женщина хочет удержать мужчину, то у нее должны быть как минимум три важных качества:

   1. умение показать мужчине, что он для нее − свет в окошке;

   2. легкий характер;

   3. искусство не быть бревном в постели.

   Не знаю уж, насколько этих трех пунктов достаточно, но то, что они важны – факт. И я поняла, что ревность никак не вяжется с легкостью характера. А потому избавиться от нее нужно было как можно скорее и безжалостнее. Самое правильное, что можно сделать, решила я, – это стать для него женщиной, от которой не хотелось бы никуда сбегать. И, следовательно, здесь могли пойти в ход все мои уже наработанные к тому моменту навыки – умение тормозить негативные сценарии, не слышать того, о чем не говорят, не проживать того, что не случилось и т. д.

   Это удавалось. Нам было легко и интересно друг с другом. Мы жили вместе, и в то же время у нас у каждого были свои дела, интересы. Конечно, иногда случались непонимания. Все-таки процесс притирки двух непростых людей не бывает идеально гладким. Но я поняла еще одну очень важную вещь: если мне хочется сообщить о каких-то своих проблемах, я никогда не должна делать это, обвиняя его. Например, я не говорила: «Ты плохой, и не уделяешь мне внимания». Звучало так: «Мне грустно, я хочу побыть с тобой сегодня». Ведь стоит только начать разговор с обвинения, он тут же закроется и начнет обороняться. Это нормальная реакция каждого. Единственно, чего я добьюсь наездами – скандал, и располземся по разным углам зализывать раны. Если же я исподволь прихожу с проблемами, то он включается, пытается мне помочь. Увы, не могу сказать о том, что происходило в душе у мужа. Уверена, там тоже шла работа. Во всяком случае, мне говорили, что он сильно изменился.

   Итак, роль отличницы удалась. Но давала о себе знать еще штука – уже из маминого приданого: «Никому ничего доверить нельзя». Что это означало? Вот, мама просит отца что-то сделать, результат ее не устраивает. И она со страдальческим видом все переделывает, вздыхая: «Все самой приходится делать».

   А у меня аналогичная ситуация выглядела так. Прежде всего, научилась просить мужа именно о том, что я хотела получить. Говорила коротко и конкретно. Но иногда все же не получала ожидаемого. Например, прошу купить колбасы, а он покупает с жиром. А я с жиром не ем. Ну и прямо обидно делается, что ж, он такой-сякой: «Я ж не ем с жиром-то…» Или прошу купить постельное белье, а он покупает какого-то жуткого болотного цвета. И опять я недовольная. Но было к тому времени понимание, что мне его не переделать, а стало быть, и нечего нудить. Надо срочно найти решение. Не просить вообще – не вариант, хотя и такая мысль рассматривалась. Помню, обиженная, чуть клятву себе не дала: «Вообще ничего просить не буду. Сама все сделаю. На фиг. Попросишь, а потом еще и разгребаешь». И некоторое время не просила. Но становилось только хуже − обида росла, затаивалась, и тут как тут вопрос: «А на фига вообще все это?»

   Стала искать другое решение, и вспомнила Маленького принца. Вернее, Короля, который говорил: «Если я прикажу какому-нибудь генералу порхать бабочкой с цветка на цветок или сочинить трагедию, и генерал не выполнит приказа, кто будет в этом виноват: он или я?» Выходило, я − виноватая. Таким образом, родилась формула: «Если прошу чего-то, то просьба должна быть максимально однозначной и выполнимой». И я должна принять результат: муж может сделать все по-своему. Не примешь − делай сама, но не пеняй.

   Еще одна штука была для меня сложной, но при определенной тренировке она тоже оказалась выполнима: без обиды принимать отказ выполнить мою просьбу. Как?

   Я размышляла. Раз я люблю своего мужчину и это взаимно, то он не из гадости отказывает, а потому, что на то есть свои причины. Уважительные. А значит, нечего и сердиться. И еще: вещи, которые, мне кажутся незначительными, для него могут быть совсем иными. Соответственно, и наоборот: для меня, например, порванная колготка в коричневую полосочку за 340 рублей – трагедия и повод для слез, для него − пустяк, блажь, и нечего мне переживать.

   Иными словами, я оставляла за собой право поинтересоваться причинами отказа, но старалась говорить так, чтобы это не выглядело попыткой заставить его оправдываться. Я четко понимала: как только я спровоцирую его на оправдания, он тут же начнет обороняться, и мы оказываемся по разные стороны баррикад. А это совсем не то, к чему я стремлюсь. Сотрудничество – вот моя цель.

Светлана, Москва

Рис. Анны Сандуковской

Окончание следует